В случае проблем с доступом к основному домену Betteam.ru используйте наше официальное зеркало: Betteam.tv
 «»  вход | | регистрация |

Новости спорта

Грюттер: на Олимпиаде что-то пошло не так

13 октября 2010 года в 16:15

О "Травиате", новых программах Ламбьеля и Сары Майер, прыжках, вращениях и настрое — во второй части интервью Питера Грюттера, а также Саломе Брюннер.

Первая часть. Грюттер: костюмы Стефана мне часто не нравились

— Хочу поблагодарить вас за «Травиату». Вы говорили, что это будет чудесная программа – и действительно она получилась чудесной.
— Да, но, к сожалению, не на Олимпиаде, там что-то пошло не так. А идея родилась здесь, в Оберстдорфе. Я сразу знал, что не хотел бы оставлять ту произвольную (Танго Астора Пьяццолы «Осень в Буэнос-Айресе». – Прим. «Чемпионат.ру») для Олимпиады. Танго была хорошая программа, но больше подходила для шоу. И когда Стефан стал первым в прошлом году на турнире «Небельхорн Трофи», предложить изменения было проще. Если б он здесь проиграл, то сказал бы: «Ну, конечно, поэтому вы и хотите другую программу». После соревнований я предложил поставить к Олимпиаде что-то новое. Он ответил: «Да, согласен, но что именно мы могли бы сделать?» И тут я назвал «Травиату», она была у меня на уме уже два или три года.

Из первых уст. Питер Грюттер:
На протяжении многих лет, что бы я ни предлагал, Ламбьель отказывался, потому что ему хотелось воплощать собственные идеи. Но в прошлом году уже было немного иначе.

На протяжении многих лет, что бы я ни предлагал, он отказывался, потому что ему хотелось воплощать собственные идеи. Но в прошлом году уже было немного иначе. Он сомневался, стоит ли брать музыку из итальянской оперы, ведь опера («Вильгельм Телль» Россини) уже есть в короткой программе. Я ответил: «Ну и что, будет год Италии! Можно взять оперную музыку и для произвольной, она ведь совсем другая». Так что он не сказал тогда ни «нет», ни «да».

Мы вернулись из Оберстдорфа, он продолжал каждый день катать на тренировках это танго. Однажды в коробке, которую он дал мне, чтобы включить музыку на катке, оказалось два диска: один с танго, а когда я его достал, под ним оказался ещё один, с «Травиатой». Он попросил: «Послушайте, я там кое-что смонтировал». То есть идея ему понравилась, но он не хотел, чтобы я выбирал конкретные отрывки. Я был так рад тогда. И, конечно, очень жаль, что у него не получилось прокатать её так, как хотелось бы, в Ванкувере. Там было видно, что у него в голове только прыжки. А я не успел сказать ему: «Катайся от сердца». Когда он вернулся со льда, то сказал: «Это был не я. Это не я сейчас катался». Конечно, я с ним согласился. Особенно когда публика не захвачена выступлением, понимаешь, что всё пошло совсем не так. Я думал, после чемпионата Европы исполнение будет ещё лучше, он много раз безошибочно прокатывал эту программу на тренировках.

— У него ведь на Олимпиаде был лучший личный результат. Вы не знали? И в короткой программе, и в произвольной, и по сумме – все три получены на одном турнире.
— Да? Но вы же понимаете, personal best ничего не значит. Каждая бригада судит по-разному. Я до сих пор считаю, что прокат в Таллине, даже с ошибками, был совсем другой, гораздо лучше.

Из первых уст. Питер Грюттер:
Нам в наше время повезло: мы могли делать на соревнованиях только те прыжки, которые у нас действительно были хорошо выучены. Тренеры могли посоветовать убрать из программы всё, в чём мы не были уверены, поэтому и настрой у нас был другой.

— Мне показалось, что в тот день в Ванкувере Стефан был очень решительно настроен, он боролся за каждый прыжок.
— Знаете, это, возможно, старомодные взгляды, но на тренировках фигуристы больше всего времени тратят именно на прыжки, потому что это результат. Это просто как дважды два: получился прыжок или нет. Думаю, нам в наше время повезло: мы могли делать на соревнованиях только те прыжки, которые у нас действительно были хорошо выучены. Тренеры могли посоветовать убрать из программы всё, в чём мы не были уверены, поэтому и настрой у нас был другой. А если приходится заполнять программу прыжками, в которых уверен только наполовину, то это требует очень много сил, как физических, так и моральных. К сожалению, сейчас происходит именно так. Это начинается с раннего возраста, когда дети разучивают двойные прыжки, они приходят домой и говорят: у меня получился двойной! Они даже не хвалятся, что сделали очень хорошее вращение или что катались особенно элегантно.

Единственное, что хорошо в новой системе, это то, что оцениваются все исполненные элементы: и вращения, и шаги. Вот только предписаний слишком много, и произвольная программа уже больше не произвольная. Учитывается каждая мелочь. Иногда спортсмен делает красивое вращение, которым хочется просто любоваться, а потом спрашивает: достаточно ли оборотов?

На турнире «Небельхорн Трофи» Питер Грюттер был со своим учеником Лораном Альваресом, который занял итоговое 12-е место. Поболеть за Альвареса буквально на несколько часов приехала и его хореограф Саломе Брюннер.

— Произвольная была готова ещё летом, – рассказала Саломе, – но судьи её не приняли. Лоран выбрал другую музыку, и мы переработали программу, он катает её всего две недели.

Из первых уст. Саломе Брюннер:
Я чувствую, что больше новых идей приходит тогда, когда я сама больше двигаюсь. Поэтому когда появляются возможности, стараюсь не упускать их.

— Как я понимаю, вы ставили для него и короткую программу тоже. А какие ещё ваши новые постановки мы увидим в этом сезоне?
— Мы сделали новые программы с Сарой Майер: короткую, произвольную и показательный номер. К сожалению, она себя не очень хорошо чувствует, остаётся только надеяться… И мы поставили новый показательный для Стефана Ламбьеля.

— Тот джазовый, на песню Рэя Чарльза Let the Good Times Roll?
— И ещё новый. Совсем новый, мы только сегодня утром закончили, так что мне сегодня пришлось поспешить, чтобы успеть сюда.

— В документальном фильме о постановке номера Let the Good Times Roll, который прошёл весной по швейцарскому телевидению, на меня большое впечатление произвели кадры, где вы показаны в балетном классе у станка.
— Да, я чувствую, что больше новых идей приходит тогда, когда я сама больше двигаюсь. Поэтому когда появляются возможности, стараюсь не упускать их. Не знаю, как долго ещё смогу… Иногда мы ходим в танцкласс вместе с Сарой, иногда со Стефаном. С Сарой больше занимаемся джазом, а Стефану больше нравится классический танец.

Стефан Ламбьель выступит в Москве уже 18 октября на церемонии «Хрустальный лёд», а в конце ноября – начале декабря примет участие в шоу «Короли льда», которое пройдёт от Череповца до Новосибирска. Кто знает, возможно, российские зрители увидят уже и тот самый новый номер, поставленный Саломе Брюннер.

Источник: «Чемпионат»


гид по сайту Идеи оставить жалобу